Заказчик и исполнитель: Надежда Дурова и Александр Пушкин

 
Это история одного заказа. И так как, по крайней мере, один из ее героев – классик, ее можно назвать классической. Почти 200 лет прошло, ничего не изменилось. Пишу это в утешение начинающим фрилансерам, которые, несмотря на свой несомненный профессионализм, потерпели крах, не выполнили заказ. Давно уже ничего не писал в блог, поэтому решил отыграться на этом посте. Приготовьтесь: он будет длинный, как полярная ночь.

Предыстория. Кто такая Надежда Дурова и что ей понадобилось от Пушкина

Надежда Дурова пол-жизни провела в армии под видом мужчины. Доблестно сражалась, получала награды, подписывалась в письмах «Александров», вышла в отставку в чине штаб-ротмистра и решила описать свою весьма необычную жизнь в мемуарах. Т.о., в нашей истории она играет роль молодого, никому неизвестного автора, который хочет издать свою книгу, прославиться и, естественно, заработать.

В это время Пушкин, находясь в крайне стесненных денежных обстоятельствах, решает издавать журнал. У него есть серьезные конкуренты. Но и перспективы – тоже. Он залезает в долги, надеясь «отбить» их прибылью от первых номеров журнала.
Дурова выбирает Пушкина в качестве издателя своих «Записок» и Пушкин ни в коем случае не хочет упустить такой необычный материал. Но автор требует денег. А расплатиться Пушкин может лишь после того, как тираж журнала будет выкуплен книгопродавцами. Дальнейшую историю этого заказа будет интересней проследить не в моем пересказе, а по отрывкам из их переписки.

Отрывки из переписки

В предисловии, которым Пушкин снабдил публикацию «первой серии» описана гусарская карьера корнета Александрова с припиской: «По-видимому все это в порядке вещей и довольно обыкновенно; однако ж это самое наделало много шуму, породило много толков и произвело сильное впечатление от одного нечаянно открывшегося обстоятельства: корнет Алесандров был девица Надежда Дурова.»

Дурова – Пушкину, 7 июня, 1836:

«Имя, которым вы назвали меня, милостивый государь, Александр Сергеевич, в вашем предисловии не дает мне покоя! нет ли средства помочь этому горю? «Записки» хоть и напечатаны, но в свет еще не вышли, публика ничего о них не знает, итак, нельзя ли сделать таким образом: присоедините их к тем, что сегодня взяли у меня, издайте все вместе от себя и назовите: «Своеручные записки русской амазонки, известной под именем Александрова»….

Пушкин – Дуровой, 10 июня 1836:

«…Все экземпляры уже напечатаны и теперь переплетаются. Не знаю, возможно ли будет остановить издание. Мнение мое, искренное и бескорыстное – оставить как есть. Записки амазонки – как-то слишком изыскано, манерно, напоминает немецкие романы. Записки Н.А. Дуровой – просто, искренне и благородно…»

Дурова – Пушкину, 24 июня 1836:

«..Что удерживает вас показать мои записки государю, как они есть? Он ваш цензор. Вы скажете, его дома нет, он на маневрах! Поезжайте туда, там он верно в хорошем расположении духа, и записки мои его не рассердят.
Действуйте или дайте мне волю действовать: я не имею времени ждать. Полумеры никуда не годятся!…
Думал ли я когда-нибудь, что буду говорить такую проповедь величайшему гению нашего времени, привыкшему принимать одну только дань хвалы и удивления! Видно, время чудес опять настало, Александр Сергеевич!..вы и ваш друг Плетнев сказали мне, что книгопродавцы задерживают вырученные деньги. Этого я больше всего на свете не люблю! Это будет меня сердить и портить мою кровь, чтобы избежать такого несчастья, я решительно отказываюсь от них; нельзя ли и печатать, и продавать в императорской типографии? Там, я думаю, не задержат моих денег?…»

Пушкин – Дуровой, 25 июня 1836:

«Очень вас благодарю за ваше откровенное и решительное письмо….Буду отвечать по пунктам, как говорят подъячие:
…
- Государю угодно быть моим цензором: это правда; но я не имею права подвергать его рассмотрению произведения чужие. Вы, конечно, будете исключением, но для сего нужен предлог, и о том-то и хотелось мне с вами переговорить, дабы скоростью не перепортить дела.
- Вы со славою перешли одно поприще; вы вступаете на новое, вам еще чуждое. Хлопоты сочинителя вам непонятны. Издать книгу нельзя в одну неделю; на то требуется по крайней мере месяца два. Должно рукопись переписать, представить в цензуру, обратиться в типографию и проч., и проч….»

Конец истории. Из заметок Дуровой:

Мне казалось, что Александр Сергеевич был очень доволен, когда я сказала, что боюсь слишком обременить его, поручая ему издание моих записок, и что прошу его позволить мне передать этот труд моему родственнику….
Так-то я имела глупость лишить свои записки блистательнейшего их украшения…их высшей славы – имени бессмертного поэта!…

Tеги:дурова, заказ, заказчик, надежда дурова, письма, пушкин, современник