Долгожданное продолжение буги-вуги сериала

При слове «Чикаго» я вспоминаю эпизоды гангстерских фильмов. Например, у воротилы с черного рынка дэрэ. Ему дарят гигантский торт. Из торта выпрыгивает «малыш Вилли с 32 улицы» и крошит всех из автомата. Воротила оседает на мраморный пол, не успев прикурить сигару.
Но в этом посте – не об этом. Дело в том, что Чикаго – это еще и альма-матер городского стиля в буги-вуги.
Читать дальше

Как следует, из моего предыдущего поста, буги-вуги – это музыка, которой неграмотные самоучки развлекали грубых, некультурных, необразованных людей. Это музыка для мошенника, сутенера, хулигана, проститутки. Музыка самого дна. Буги было неподходящим даже для дорогих борделей. Это была музыка трущоб, притонов и рабочих лагерей. Ниже две Венеры. Милосская и палеолетическая. Обе – произведения искусства. В определенном смысле – равноценны, не смотря на то, что у палеолетической даже нет лица.
Читать дальше

Чувство «заграницы» у меня пробуждается в автобусе, который довозит пассажиров от самолета до аэровокзала. Помню, в египетском я еле выжил. У водителя играло местное радио. Музыкальные номера по раздражающей монотонности были где-то между детским криком и жужжанием мухи, которая ломится в стекло. К чему веду? К тому, что чтобы оценить музыку, нужно понять что за ней стоит. Сегодня я расскажу, как закалялось буги. И это будет ударный пост – и по длине, и по плотности информации.
Читать дальше

Все знают «Лэйлу» Эрика Клэптона. Многие знают о том, что «Лэйла» – обращение к реальной женщине, Патти Бойд. Все знают, что строки «Я помню чудное мгновенье» посвящены Анне Керн, а «О, как милее ты, смиренница моя!» Пушкин адресовал жене. Возьми что угодно, копни чуть глубже – и найдешь реальную жизненную историю, которая переплавилась в художественную форму. То же самое и с самым известным буги-вуги хитом в мире, который является одновременно и первой записью в этом стиле. Я говорю о Pinetop Boogie Woogie, записанном в 1928 г. Кларенсом Пайнтопом Смитом. Песня в плане слов – это диалог с танцующими. Пианист, наподобие тренера в фитнес клубе, командует то замереть, то «от винта». В конце песни строчки:
Читать дальше

Я учился играть на пианино по самоучителю. Ответственно заявляю: худшего способа знакомства с музыкой, чем самоучитель Катанского не существует. Я крепкий орешек, но играть по двадцать раз мелодии в духе «Мишутка с куклой пляшут полечку» – я не мог. Неужели – недоумевал я, – обучение музыке непременно должно начинаться с песенки крокодила Гены и прочей дребедени, которая не пробуждает в моей душе никаких чувств, кроме ужасных фантазий с Катанским и его самоучителем в главных ролях? Через три месяца мучений я стал подумывать о том, чтобы бросить эту затею. Наверное, бросил бы, если бы случайно не купил сборник простых пьес под названием «12 буги-вуги для фортепьяно». Уже первая басовая фигура, которую я освоил за несколько минут, погрузила меня в транс. Это было чувство «вау!» Сестра, до этого мужественно сносившая мои репетиции, пришла из соседней комнаты, чтобы лично убедиться, в том, что источник этих – впервые сносных звуков – ее безумный брат. Уже много позже я узнал – из ролика, который помещен ниже в тексте, что эта фигура – первое, что выучили на пианино Рэй Чарльз, Жюль Холланд, Марк Кнопфлер и доктор Джон. По этому простому примеру я понял, что соприкосновение с новым должно быть приятным. На пианино можно научиться играть без самоистязаний. Важно лишь найти то, что тебя заводит. Ролик, в котором Жюль Холланд буквально на минуту обучает репортера традиционному буги-вуги басу, под катом.
Читать дальше

Почему я назвал буги-вуги музыкой свободы? Потому что это музыка людей, оторвавшихся от своих корней. А именно – негров со средних и южных штатов США, которые порывали с сельскохозяйственным трудом и ехали за удачей в большие города типа Чикаго. В основе этой музыки лежат элементарные звуки большого города.
Читать дальше

Не знаю, почему я не рассказал об этом раньше. Ведь если большинству постов в моем блоге подходит тег «на злобу дня», то для задуманной мною серии заметок о буги-вуги даже метка «культурная миссия» кажется слабоватой. Я давно заметил, что чем больше разбираешься в предмете, тем больше его любишь. Заинтересованное внимание способно вдохнуть жизнь во что угодно. Сейчас буги-вуги для большинства из вас – мумия. Но час реаниматора пробил.
Читать дальше

Мозаично изложенная в предыдущих постах концепция мечтанирования, теперь должна сложиться в законченную картину. Отмечу ключевые моменты.

Безусловный приоритет интересного

Этот момент непросто уловить. Поясню на примере. У меня есть знакомые, которые мечтали приобрести автомобиль. Когда я спрашивал, зачем он им, среди прочего выдвигался такой резон: как было бы классно летом путешествовать с друзьями по Европе на машине.
Читать дальше

Продолжение разговора, начатого здесь
Что бы вы делали целыми днями, если бы все материальные проблемы были решены? Ради чего просыпались бы по утрам? (на работу идти не надо, т.к. денег навалом). Немелочный и подробный ответ на этот вопрос – следующий шаг в концепции мечтанирования. Феррис, предлагает давать ответы на вопрос: «о чем я мечтаю» по рубрикам:
1. иметь (я например, хочу иметь дома баню)
2. быть/стать (например, быть актером)
3. делать (хочу заниматься портретной съемкой, хочу играть в группе и т.д.)

Читать дальше

В рамках знакомства с передовой фрилансерской мыслью…

Обычно разницу между мечтой и планом определяют так: мечта – несбыточна, план – реален. Отбить Джей Ло у Марка Энтони – мечта. Взять в жены «девчонку из соседнего подъезда» – план. Может, жизнь с Джей Ло будет полный беспросвет, но представьте тот путь в плане личного развития, который нужно пройти, чтобы услышать у себя на автоответчике: «Привет, это Джей, позвони мне, если можешь, ми амор. В любое время – буду ждать твоего звонка. Те кьеро.»
Представили? А теперь я познакомлю вас с концепцией «Мечтанирования» (в оригинале dreamlining), которую предлагает Тимоти Феррис в своей книге «The 4-hour work week» в качестве таблетки от бездействия.
Читать дальше

стр. 4 из 11« First...23456...Last »